Международный союз охраны природы

Во-вторых, именно наша неустранимая потребность в природных ресурсах может войти в конкуренцию с нашим же желанием использовать природу и в качестве рекреационной среды. Индустрия отдыха и развлечений может легко привести используемый природный ландшафт к непродуктивному состоянию (в смысле экологического ресурса).
В-третьих, экологические требования могут корениться в моральной сфере: в необходимости признания наших равных прав с людьми других уголков планеты в отношении использования природных богатств. Импорт ведущими странами дешевого природного сырья из стран третьего мира, приводящий к истощению ресурсов на местном уровне, не компенсируется экспортом туда высоких технологий, так же как качество не компенсируется количеством.
В-четвертых, это так называемая “долгосрочная перспектива” или часто затрагиваемый вопрос о справедливости в отношении распределения природных богатств между ныне живущими и будущими поколениями. Вопрос сводится к тому, как именно кто-либо может быть предметом ответственности, если еще не известно, будет ли он вообще существовать? Должен ли человек нести ответственность перед еще несуществующими “грядущими поколениями”? Аргумент в пользу грядущих поколений следует в действительности не из какого-то абстрактного долга, против которого действует настоящее поколение, но лишь из самоочевидности самого факта существования нашего поколения, которое не является в каком-то смысле отличным от иных поколений, при условии, что мы рассматриваем Землю не как собственное богатство, но именно как наследство[89], доставшееся нам от предыдущих поколений, для передачи наследующим нам поколениям. Принцип “устойчивости” гласит: жить на “проценты” с “капитала”, не посягая на сам “капитал”[90].
2. Обоснование экологических мероприятий “собственными” интересами природы
Попытки рассматривать природу как нечто, достойное защиты прежде всего благодаря ее самоценности как таковой, сводятся к признанию за природой некоего собственного права[91]. Здесь следует прежде всего различать два подхода к этой проблеме: во-первых, собственное право природы как вытекающее из соображений экологии и эволюции, и, во-вторых, собственное право природы как следствие исторически установленных запретов – табу.
a) Собственное право природы как вытекающее из соображений экологии и эволюции
Данная аргументация представима в виде следующего положения, которое можно определить как императив “испытания временем”: то, что существовало на протяжении миллионов лет до человека и что явилось причиной его появления на свет, не должно использоваться человеком в качестве объекта собственных манипуляций, подвергаться ради краткосрочной выгоды истощению или разрушению, если только человек и сам желает достойно жить в этом мире. Из факта эволюции якобы должно вытекать “экологическое смирение”. Однако в этих положениях присутствует неисправимое логическое противоречие[92].
Во-первых, то, что в течение миллионов лет органическая жизнь существовала, есть лишь естественный факт. Но из “есть” еще не следует ”должно”, как из факта не следует норма. В природе нет “самоуважения”: она истребляет, мучит, причиняет страдания и насильственную смерть: одни биологические виды животных и растений уничтожают другие в ходе процесса своей жизнедеятельности. Но природа не виновна: у нее нет какого-либо морального долга. Ее поведение регулируется лишь ее же собственной природой. Единственное существо, которое может перешагнуть через свою природную сущность, отказавшись от уничтожения, мучения и паразитизма, это человек. И потому ссылку на эволюцию опять же следует рассматривать как выбор людей, которые одного желают, а другого нет. Здесь также все упирается в антропоцентризм.
Во-вторых, экологическое равновесие любого рода не содержит в самом себе какого-либо призыва к сохранению в силе этого равновесия[93]. Например, некоторые виды водорослей, грибов, бактерий процветают именно в отравленной, с точки зрения других биологических видов, кислотной среде. Это означает, что отличие какого-либо определенного вида экологического равновесия от какого-либо иного вида экологического равновесия есть лишь чисто человеческая точка зрения. Следовательно, вся совокупность аргументов в пользу сохранения какого-либо определенного вида экологического равновесия несет на себе печать антропоцентризма. Неангажированная с антропоцентристских позиций экология не может высказаться ни относительно того, что есть, ни относительно того, что должно быть. Равно остается без ответа и другой, следующий из первого вопрос: почему должно предпочесть одни биологические виды другим[94], а именно тем, которые заинтересованы в иной картине экологического равновесия? Здесь человек снова оставляет за собой право выбирать за природу.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85